SICK ROOM 7
|
|
|
ПАЛАТА НОМЕР СЕМЬ
Мое знакомство с творчеством SICK ROOM 7 началось не совсем обычно – с лирики к готовящемуся альбому, с бесед с художником о его будущем оформлении, и только потом я услышала эту ироничную музыку, в которой я разглядываю больше элементов грустного рок-н-ролла, нежели down-tempo. Пусть окончательный диагноз пациентам этой палаты поставят слушатели, а я пожелаю SICK ROOM 7 и ASSAVLT Rec. не разочароваться друг в друге.
|
- Что ожидает слушателей, когда мы входим в ПАЛАТУ 7? “Запах здесь невыносимый”…
J.N: Приветствую! SICK ROOM 7 изображает все, что делает жизнь достойной ухода из нее. Безобразные стороны жизни, в каком бы ни было виде или форме, рассматриваются группой с музыкальной и лирической позиций, а в том, что нас вдохновляет, действительно больше нет никаких ограничений. Запах здесь на самом деле невыносимый в плане мыслей и чувств, вкладываемых в музыку. Передавать словами и музыкой то, что ты видишь, чувствуешь и слышишь, не всегда простая задача, но работа должна быть сделана.
|
- Насколько я знаю, участники группы родом из разных мест. Вы давно знаете друг друга? Что заставило вас создавать музыку вместе, и каковы плюсы и минусы расстояния (если оно значительно)?
J.N: Сейчас нас только двое. С нами был жалкий неудачник Drukh, который думал, что SICK ROOM 7 станет для него способом завоевания уважения, но он никак не проявил себя после нашего первого демо, “Crawling Words”, и его попросили из банды. Как я упомянул, сейчас группа – дуэт, и так мы и будем продолжать. C.N (бас и программирование) и я родом из разных уголков Дании, но мы оба переехали в город Орхус в 2003 для учебы, и там мы зависали первое время, и я могу честно сказать, с тех пор нас связывает долгая и большая дружба, ха-ха. Так что мы знаем друг друга уже больше пяти лет.
Расстояние само по себе не проблема. В марте я уехал в Берген и был там до августа, а затем вернулся в родной город на шесть недель, пока не переехал в Копенгаген. Все это время C.N оставался в Орхусе, и, честно говоря, я не думаю, что это как-то повлияло на группу, хотя конечно, сейчас мы редко работаем над музыкой вместе. Я сочиняю и аранжирую музыку, записываю все гитары, клавишные и синт-партии и затем отправляю материал C.N, чтобы он наложил бас и ударные/лупы. В основном, он также занимается сведением, и можно сказать, у нас достаточно разумное соотношение в плане того, кто чем занимается в группе, но как я говорил, сейчас мы работаем, пересылая материал туда-сюда. Плюс в том, что расстояние порой – хорошая штука, и мне нравится сидеть в одиночестве и работать над вещами, хотя раньше было, конечно, легче просто зависать и работать вместе. В общем, расстояние не настолько значительно, и я особо над этим не задумываюсь.
C.N: Расстояние порой положительно в том, что оно “остужает” творческие впечатления для каждого из нас. Я обнаружил, что в одиночестве у меня больше времени для экспериментов с разными идеями, а в отношении сведения это просто обязательно, если хочешь хороший результат, – я не хочу, чтобы мне заглядывали через плечо и вставляли замечания каждую минуту. Как сказал J.N., раньше это было чуть легче и как-то динамичнее, так как мы вносили что-то в музыку непосредственно одновременно, но, в конце концов, это неважно – это просто разные способы работы, а в конечном итоге имеет значение сам музыкальный продукт.
|
- SICK ROOM 7 извергнуты на датскую почву в мае 2005… Итак, почему SICK ROOM 7, и как вы определяете сущность своей “нездоровости”?
J.N: Название группы навеяно песней NECROPHAGIA “Sick Room”, а цифру 7 мы добавили из-за семи смертных грехов. Идея заключалась в том, чтобы связать тошноту с такими человеческими чертами, как жадность, зависть и так далее. В этом основная причина, почему мы остановились на этом названии. За названием скрыт смысл, но это не какая-нибудь абсурдная загадка, над которой слушатель должен сидеть и пытаться ее решить часами подряд. Тошнотворное состояние следует рука об руку с тем, что изображает SICK ROOM 7 в смысле того, что темы и идеи, которые мы рассматриваем, считаются нездоровыми большинством людей вокруг. Правда – это горькая пилюля.
|
- Расскажите о своем первом полноформатнике. Что скрывается за таким провокационным заявлением “Hail Intolerance”? Это реакция на “цивилизованное” общество или нечто более личное?
J.N: В этом немного и того, и другого, но в основном это личное. Название отправляет к тому, что в действительности каждый нетерпим, чтобы он о себе ни воображал. Дело в том, что каждый ненавидит кого-нибудь или что-нибудь, но большинство людей не признают или не осознают этот факт. И считают себя терпимыми людьми, принимающими других с распростертыми объятиями, каковыми в реальности они не являются, так как не переносят людей, не разделяющих их взгляды и так далее. Так что название “Hail Intolerance” относится к иронии ситуации, когда люди, называющие себя терпимыми, становятся нетерпимыми каждый раз, когда сталкиваются с теми, кто думает иначе. Это и прекрасно, и отвратительно, и мы, черт возьми, рады тому факту, что повсеместно правит нетерпимость, даже если люди пытаются подавить или отрицают ее. Вы все время ее видите. Действительно, да здравствует нетерпимость.
C.N: Конечно, это личное, но, как я это воспринимаю, это также относится к обществу, поскольку нам как личностям, нравится нам это или нет, приходится жить с нормами, а порой даже догматичными моделями других. Иногда то, что нам нужно как личностям и обществу, совсем не терпимость – а как раз наоборот – нетерпимость. Если мы всегда будем проявлять терпимость к идеям и ценностям, противоположным нашим, нам ничего не останется. Терпимость подавляет дискуссию и является мощным оружием сторонников цензуры и политической корректности.
|
- Что символизирует ваша внешность на инлее? Такое ощущение, как будто проросла ненависть…
J.N: Оформление отражает суть как альбома в его целостности, так и каждой отдельной песни. Можно сказать, что оформление подчеркивает музыкальное содержание, как и должно быть с любым альбомом, если угодно. Я не думаю, что оформление выглядит таким уж ненавистным. Скорее, оно воплощает чувство отчаяния и трагедию; ощущение потерянности в мире, наполненном ничем.
|
- Насчет “Bottomfeeder Central”. Что привлекательного вы нашли в том, чтобы издавать его на российском лейбле, и как это случилось?
J.N: ASSAVLT Records связались с нами на Myspace и спросили, нашли ли мы лейбл для выпуска “Bottomfeeder Central” , а так как тогда мы этого еще не сделали, то навели справки, и у нас возникло впечатление, что ASSAVLT Records был бы подходящим лейблом для издания “Bottomfeeder Central”, и до сих пор наше сотрудничество продвигается хорошо. Не было никаких трудностей или безумных задержек или чего-то в этом роде, так что пока я могу только похвалить лейбл. Он кажется преданным своему делу и несет неподдельную любовь к мрачной музыке, а это то, что мы ищем.
|
- Кажется, что ваша музыка медленно вкрадывается и душит изнутри. А как долго “Bottomfeeder Central” созревал внутри вас? Что было движущей силой альбома?
J.N: Действительно, это заняло много времени, потому что в 2005 и 2006 мы записали 16 или 17 песен для альбома SICK ROOM 7, который должен был быть назван “In Peril of Perdition”, но в последствие мы поняли, что большая часть материала была недостаточно хороша, и что продакшн/саунд альбома был попросту плох. Затем мы решили перезаписать все крутые песни и поменять аранжировки и структуру других с нашим новым оборудованием, пока снова не получили 15-16 песен. Также было записано довольно много совершенно новых композиций. Затем мы отбросили часть песен, оставив только лучшие. Качество превыше всего! Действительно, этот процесс занял много времени, но конечный результат достоин этого, это безусловно так. “Bottomfeeder Central” звучит как выстрел в лицо в сравнении с тем, что мы сочинили и записали в 2005-2006.
Одной из движущих сил были определенно все те изменения и разное дерьмо, через которое мы прошли и по отдельности, и вместе за последние три года или около того. В лирику и музыку вложено много личного, и по мне, альбом звучит почти как саундтрэк к трем последним годам жизни.
C.N: Определенно, это был долгий путь создания альбома. Как уже объяснил J.N, это был болезненный процесс записи и перезаписывания, сведения и пересведения и так далее. Во многом процесс активизировался тем, что у нас появилось лучшее оборудования для создания музыки. В процессе ты многому учишься, а из-за этого появляется чувство, что то, что уже есть, недостаточно хорошо. Поэтому вещи переделывались снова и снова. Наконец, мы пришли к результату – удовлетворительному, на данный момент, по крайней мере. Ха-ха, я догадываюсь, что ты никогда не бываешь полностью удовлетворен – но стоп, если ты удовлетворен, тогда ты можешь также бросить сочинять музыку. Лично для меня, это процесс обучения и роста, и музыкальный продукт – документ твоих умений и достижений на определенном этапе.
|
- Сочинение музыки – это мучительный процесс, или вы находите удовольствие в сочинении «нездоровой» музыки?
J.N: Это действительно интересный вопрос. Мои мысли и чувства являются катализаторами, когда я сочиняю, и я передаю все, что держу в себе, через нашу музыку, и даже если может быть “мучительно” вкладывать самые глубокие переживания и мысли в музыку, в тоже время это приносит облегчение. Для меня музыка – экзорцизм, так что думаю, ответ будет таким: «Да, мне приносит удовольствие сочинять и записывать музыку, даже если то, о чем она, совсем не светские вечеринки и счастливые пидорские истории».
|
- Как вы думаете, как человеческая природа и инстинкты влияют на то, что мы делаем? Что касается музыки, она ценна сама по себе, или это средство выражения чего-то другого?
J.N: Да, я думаю, инстинкты играют большую роль в том, как мы ведем себя, думаем и судим. В плане музыки, инстинкты также играют большую роль, по крайней мере, для меня. Некоторые из наших песен сочинялись как будто сами по себе, и такое чувство, что я просто следую своим инстинктам, когда создаю какие-то части и соединяю их. Музыка может выражать все что угодно; музыка это движение, чувство, атмосфера, выражение, повествование и так далее. Как я это воспринимаю – музыка – это все.
C.N: Это точно. Когда я выполняю свою роль в группе, все обычно происходит само собой. Как правило, у меня нет великой идеи, как все должно звучать, скорее, я добиваюсь результата методом “проб и ошибок”. Иногда, это происходит довольно быстро, порой занимает вечность. Музыка это не просто все – это лучшее.
|
- Если бы ваша музыка вызывала осязательные галлюцинации, что бы это могло быть?
J.N: Сейчас я бы сказал, что любые галлюцинации, связанные с нашей музыкой, вращались бы вокруг темных аллей, роковых женщин, заполненных шепотом улиц, искаженных улыбок, сокрушенных душ, лежащих мертвыми в канавах и в таком духе.
|
- Однажды мы касались лирики и системы образов “Bottomfeeder Central”. Расскажите о центральной идее заглавной песни.
J.N: Сначала на песню вдохновил фильм “Город грехов”, а затем я развил идею и вложил в микс свои собственные мысли и чувства по поводу каждодневной жизни на разных онтологических уровнях. Я действительно не хочу много выдавать здесь, так как думаю, что читатель должен прочувствовать урбанистический распад и человеческую гибель, описанные в песне. Это также песня о возмездии, о возвращении однажды потерянного любыми средствами и о наказании тех ублюдков, которые действительно заслуживают, чтобы их оставили истекать кровью в канаве. Да, сэр, это довольно грязная песенка.
|
- “Annie the Unfortunate”. Это собирательный образ шлюх? Какие-то аллюзии? Поправьте меня, если я ошибаюсь.
J.N: Это как собирательный, так и индивидуальный образ. Просто потому что лирика может быть прочитана так, чтобы сосредоточиться как на отдельной личности, так и на сборище, рассматриваемом как один большой, собирательный образ шлюхи. Песня навеяна одной из жертв Джека-Потрошителя и некоторые мои мысли о человечестве как шлюхе переплелись с этим конкретным убийством.
|
- “They are Swine”. Это не тоже самое, как сказать своим слушателям “fuck you”, но на кого здесь тогда направлены ваши ненависть и презрение? Есть ли смысл в метании бисера перед свиньями?
J.N: Нет, это направлено не на аудиторию. Здесь другой смысл, каждый слушатель может выбрать что-то или кого-то, кого они ненавидят. Каждый ненавидит кого-нибудь, и название песни относит к тому, как трудно порой бывает различить друзей и врагов. Абсолютно нет смысла в метании бисера перед свиньями, но мы в любом случае часто так поступаем, хотя можем это разглядеть только спустя время. Иногда мы отдаем много энергии различным отношениям, которые в будущем оборачиваются полным дерьмом. Я думаю, что это может касаться каждого слушателя.
|
- Об оформлении “Bottomfeeder Central”. Насколько оно совпадает с тем, что вы могли себе представлять?
J.N: Сложно ответить, но у меня просто башню сорвало, когда ASSAVLT Records прислали мне первые образцы оформления. Оно было таким мрачным, странным, загадочным и таким чертовски отталкивающим, что может не понравиться только ублюдку. Мне оно нравится, я считаю, что оно сочетается с музыкой довольно хорошо. Действительно интересно, чтобы другие создавали оформление под впечатлением твоей музыки и лирики. По-моему, это захватывающе.
|
- Если бы вы снимали клип на одну из ваших песен, какую вы бы выбрали, и какой результат хотели бы получить? Мне кажется, это должно быть что-то шизофреничное, как клипы TOOL…
J.N: Возможно, я бы выбрал заглавную песню или “Annie the Unfortunate.” Они могли бы смотреться достаточно интересно, и в них больше просматривается какой-то сюжет, чем в других песнях. С позиции лирики другие песни более абстрактны. Там бы фигурировал какой-нибудь одинокий, отчаянный персонаж, оканчивающий свою жизнь на печальной ноте в городе, полном жадности, лжи, обмана, страха и убийств, но я так отвечаю только потому, что ты спросила. Я бы никогда не подумал тратить время на съемки видео, так как сам никогда их не смотрю.
Я никогда не видел никаких клипов TOOL и мне не нравится эта группа, поэтому не могу прокомментировать.
C.N: Я не люблю музыкальные клипы, так что думаю, никакую. Настолько много можно сказать одной только музыкой, что добавление элемента видео только сужает песню или музыкальное произведение.
|
- “Hail Intolerance” и “Bottomfeeder Central” достаточно близки музыкально. Что нам следует ожидать в будущем? И играете ли вы в других группах/проектах?
J.N: На самом деле, я считаю, что “Bottomfeeder Central” в 648 раз лучше, чем “Hail Intolerance”, как музыкально, так и в плане лирики. Мы сильно выросли с тех пор, как избавились от того ублюдочного нарика, известного как Drukh (он был первым вокалистом). Для нас это большой шаг вперед. Я написал около 12 новых песен для нашего следующего альбома, и это определенно будет SICK ROOM 7, какими вы нас знаете, но с некоторыми “наворотами”. Он будет разнообразным, таинственным, отталкивающим, как и наш грядущий альбом “Bottomfeeder Central”.
C.N: Соглашусь. Во всех отношениях, “Bottomfeeder Central” лучше нашего предыдущего альбома. А также я думаю, что они достаточно разные – структуры и музыкальные эксперименты стали глубже, и уровень продюсирования значительно вырос. Насчет будущего могу сказать только, что будет больше того же по своей сути, но со значительным развитием, и, конечно же, много новых идей и экспериментов.
J.N: Мы также заняты в таких бандах, как FORLIS (таинственный и мрачный rock/ambient), SANCTUS DAEMONEON (звучит, как никто другой здесь – это надо испытать), VICTIMIZER (thrash/speed metal самого злостного пошиба), ALTAR OF OBLIVION (doom metal), CEREKLOTH (dark death metal) и SAGNTID (ambient). Я предлагаю читателям ознакомиться со всеми этими монстрами. Также раньше мы были вовлечены в такие банды, как CHURCH BIZARRE (black/death metal) и VORNOFF (простой дерьмовый эмбиент).
|
- Для вас важно быть понятыми аудиторией? Пару слов для ваших российских слушателей.
J.N: Как я сказал раньше, для меня музыка – экзорцизм, и в основном, она служит только мне, но меня вставляет, когда другие положительно на нее реагируют и могут использовать ее, независимо от их целей или позиций в жизни. Если б мне было совсем похуй на то, как другие интерпретируют наше искусство, не было бы смысла выпускать музыку для других, если ты понимаешь, о чем я говорю.
Я надеюсь, что все психи в России поддержат ASSAVLT Records и психушку SICK ROOM 7, когда мы начнем нашу музыкальную атаку чуть позже в этом году. ENTER SICK ROOM 7!
|
|
Dance Macabre
Осень ‘08
